В сердце Москвы разгорелась судебная драма, итог которой может изменить судьбу сразу нескольких знаменитых российских и международных брендов. Тверской районный суд вынес постановление о признании предпринимателя Дениса Штенгелова, его отца Николая, а также гражданской жены Марии Каржиловой, связанными с экстремистским объединением, с передачей в государственную собственность акций пищевого гиганта KDV Group — производителя таких популярных брендов, как «Кириешки», «Яшкино», «Бабкины семечки», Calve, «Три корочки» и других.
Немедленное исполнение решения суда потрясло рынок и вызвало бурю обсуждений как внутри корпорации, так и среди многочисленных потребителей и экспертов отрасли. Но за внешне бюрократической формулировкой скрывается история на стыке больших денег, политики и международного скандала, где замешаны Россия, Украина, Австралия и США.
Взлет и падение KDV Group: миллиарды под угрозой
Имя Дениса Штенгелова хорошо известно в бизнес-среде России: основатель и владелец KDV Group с миллиардным состоянием, 98-й номер в российском списке Forbes ($1,4 млрд), он несколькими точными решениями превратил сибирские и уральские пищевые предприятия в настоящую имперскую крепость российских снеков и сладостей. Под руководством Штенгелова группа росла, скупая крупнейших конкурентов национального рынка, выходя на новые технологические рубежи и экспансируя в смежные сектора — от супермаркетов «Ярче!» до производства и логистики.
Генеральная прокуратура РФ оценила капитализацию активов KDV Group почти в полтриллиона рублей. Но именно эта вершина, казалось бы, безоговорочного успеха стала причиной оглушительного падения — теперь речь не просто о выбывших с рынка фигурах, а о судьбе предприятий, формировавших настоящую пищевую идентичность нескольких поколений россиян.
В чем обвиняют Штенгеловых: следствие, которое потрясло Россию
В официальных документах Генеральной прокуратуры содержатся утверждения, достойные политического триллера. Следствие полагает, что Денис Штенгелов, имеющий гражданство Австралии, и его отец, гражданин Украины, получая доходы в России, выводили миллиарды на международные счета, а значительная часть средств, по версии прокуроров, использовалась для поддержки экономик США и Австралии. Именно эти страны, как подчеркивается в иске, впоследствии снабжали вооружением Украину — «противопоставляя себя интересам России».
Особое место занимает фигура Николая Штенгелова: утверждается, что начиная с 2014 года он не только оказывал непосредственную финансовую помощь украинской стороне, но и создал собственное военизированное формирование, которому суждено было позже войти в ряды «Азова», «Айдара» и «Днепр-1». Все эти организации официально признаны террористическими и запрещены на территории РФ.
В то же время Денис Штенгелов, утверждает прокуратура, осуществлял поставки продуктов и других товаров на нужды вооруженных формирований Украины, что только усиливало урон, наносимый национальным интересам России. В совокупности по расчетам надзорного ведомства, выведенная сумма средств превысила 21 миллиард рублей.
Линия защиты: борьба до последнего аргумента
Адвокаты защиты с самого начала процесса встали на позицию, что обвинения против Штенгеловых и Каржиловой лишены доказательной базы. Они настаивают: бизнес и корпоративные решения группы KDV, наоборот, были драйвером российских регионов, создавали рабочие места, обеспечивали налоговые отчисления, а системные инвестиции в экономику страны неоспоримы.
По словам представителей защиты, Денис Штенгелов не только отрицает свою причастность к финансированию ВСУ, но и находится под персональными санкциями со стороны Украины — его фамилия фигурирует в базе «Миротворец», а сам он является «лицом, подлежащим аресту на Украине». Более того, представленная защите версия о якобы принадлежавших ему словах о «чудовищной ошибке начала войны с Украиной» опровергается отсутствием прямых доказательств и требует независимой лингвистической экспертизы, в которой суд отказал.
Мария Каржилова, хоть и не состоит в официальном браке с Штенгеловым, также включена в число ответчиков — суд обосновал это их незарегистрированным союзом и наличием общих детей.
Аргументы сторон: нюансы судебной баталии
Сторона KDV Group в судебном зале настаивала: компания всегда добросовестно исполняла обязательства перед государством, инвестировала в развитие инфраструктуры, и наряду с коммерческой выгодой решала стратегические задачи экономики регионов. Компания превратила сибирские и уральские территории в опорные точки пищевой индустрии страны — 10 фабрик, сотни наименований продукции, тысячи рабочих мест от Сибири до Московской области.
А вот взгляд прокуратуры диаметрально противоположен. Представитель Генеральной прокуратуры заявил: KDV Group стала инструментом личного обогащения владельцев и нанесения «стратегического поражения России». Прибыль, утверждается в обвинении, ложилась в «экстремистскую казну» и, минуя национальные интересы, финансировала военные структуры Украины, а также экономики государств, открыто недружественных по отношению к РФ.
Отдельная интрига разыгрывалась вокруг отношений отца и сына: защита утверждала о затянувшемся конфликте между Николаем и Денисом Штенгеловыми, который исключает их сотрудничество с 2014 года. Были представлены документы о судебных разбирательствах и подтвержденных финансовых спорах между родственниками.
Международный отпечаток и личные драмы
Рынок и медиапространство замерли: из крупнейшей пищевой индустрии России вычеркнут фактически семья, некогда стоявшая у истоков культовых брендов. За перипетиями судебного сражения скрываются и личные трагедии, и конфликты, и попытки удержать бизнес на плаву на фоне глобальных геополитических тектонических сдвигов.
Денис Штенгелов сейчас проживает в Австралии, держа руку на пульсе международных активов и попав под пристальное внимание силовых структур сразу нескольких стран. Его имя было замешано и в другой громкой истории — пожар в кемеровском ТЦ «Зимняя вишня» в 2018 году, унесший жизни 64 человек, включая 41 ребенка, где Штенгелов выступал совладельцем и основным инвестором. Тогда он передал 192 млн рублей на выплаты компенсаций — по 3 млн каждой семье погибших. Но трагедия стала не только личной драмой, но и мрачной страницей в деловой биографии бизнесмена.
Николай Штенгелов, ранее глава хозяйства «Петровское» в Запорожской области, основал ООО «Томь» и был депутатом районного совета — до 2018 года, пока не сложил полномочия. Деятельность на Украине и сложные корпоративные связи, по мнению обвинения, сыграли значительную роль в расследовании.
Всплывшее прошлое: как зарождалась бизнес-империя
История KDV Group начинается с конца 90-х, когда молодой выпускник Томского университета Денис Штенгелов вместе с друзьями открыл небольшой семейный бизнес: продавал семечки бабушкам для реализации на улицах. Так родился тот самый продукт, который спустя годы стал визитной карточкой отечественного рынка снеков. Постепенно расширяя фирменное «ядро», команда выкупила фабрику в Яшкино, объединила несколько предприятий регионов Сибири и Урала, а уже в XXI веке — включила в состав компании гигантов рынка: «Бриджтаун Фудс», «Сибирский берег», «Золотой терем».
Сегодня инфраструктура холдинга охватывает десятки предприятий: пищевые комбинаты, мукомольные и тепличные производства, современные фабрики в Воронежской, Томской, Московской, Тверской и других областях. Ассортимент продукции превышает 700 наименований, а бренды, созданные компанией, ежедневно попадают на столы миллионов российских семей. В 2021 году KDV приобрела у Unilever производство соусов Calve и «Балтимор» — что означало дальнейшее расширение сферы влияния.
Однако не только успехи сопровождали семью Штенгеловых: переговоры о покупке фабрики Roshen в Липецкой области, созданной бывшим президентом Украины Петром Порошенко, так и не увенчались успехом, но желание доминировать на рынке снэков и сладкой продукции оставалось неизменным.
Час расплаты и неизвестное будущее
Пока защитники продолжают настаивать на отсутствия составов преступлений и готовят апелляционные жалобы, судьба акций гиганта фактически решена — биржевая стоимость корпоративного гиганта может быть подорвана, а десятки тысяч сотрудников по всей стране теперь с тревогой ждут дальнейшего развития событий. В официальном заявлении KDV Group выразила надежду на «справедливое и взвешенное разрешение ситуации» и напомнила о «безупречной налоговой дисциплине», вложениях в экономику России, поддержке региональных программ и целого ряда благотворительных инициатив.
Но финал этой интриги под знаком международных противостояний, личных и национальных трагедий, кажется, еще не наступил. Впереди — серия апелляций, новые документы, вероятное международное давление и еще более пристальное внимание широкой общественности к любым громким процессам на стыке экономики, политики и большой судебной битвы, о которой будут спорить долго.
Пока же российский рынок замер: может ли государство теперь воспринять вкус привычных продуктов? И будут ли завтра «Кириешки», Calve или «Яшкино» узнаваемыми так же, как раньше? Эта история только начинается — и она далеко не закончена.
Источник: www.rbc.ru
